Жизнь — это высочайший и ценнейший дар! В нём нам открывается возможность чувствовать, взаимодействовать с миром и людьми, и любить. Жить — это быть среди Божиих творений, увидеть себя Его созданием, и познавать Бога, проникать в Его тайны и понимать Его пути во всяком мгновении своего существования. Открытие глубинных свойств своей природы, осознание себя как образа Господня, первые шаги в сторону духовного мировоззрения — это также дары жизни с Богом, дары Бога. Жизнь — это значит непрестанно действовать, творить, оставлять за собой след. Жизнь — это также и познание плодов своих поступков, как добрых, так и злых: это награды, почести и оплата затраченного нами времени и сил, или это — покаянные труды, но и следующее за ними очищение от греха. Всё, из чего состоит жизнь, — это удивительное движение нашего существа к Преображению, к подобию Богу, к наполнению нас, как сосудов, Его благодатью и Им самим. С Богом наши созидательные добрые и простые поступки, которые могут показаться мирскому мышлению малозначительными, не прибыльными и странными, неизбежно прославятся. Постепенно, шаг за шагом, если мы будем прилагать должное внимание к нашей душе, к началу наших дел, или к мышлению, к реализации наших идей и их содержанию, и, если мы будем искать во всём правдивости и истинности, то есть Божия благословения и Его присутствия, то остатки и самых закоренелых грехов отступят, а на их место взойдут святые деяния. Жизнь изменится до неузнаваемости, если мы позволим себе созерцание всего как творения Господня, и будем переживать лишь о том, чтобы Его заповеди не нарушить. Жизнь, если она без Бога, то это жизнь в свободном падении, но по Его любви к нам, она обретет Господа, мы познаем Его, а Им — Евангельские крылья, и нашей жизни уже не суждено потерпеть поражение и узнать смерть. Когда Господь прикасается к нам, то все желания, все наши приоритеты способны в мгновение перемениться в противоположном направлении. Потому искать Бога, во всём и угождать Ему одному — ценнейшая наша задача.
И это не сложно! Всё, что можно узнать, пережить и иметь — попадает в наше распоряжение по Его милости. Господь своими дарами, своим вниманием к нам, учит нас, как нужно поступать по отношению к другим — Он дарит, ценит и ждёт обращения любого человека, и когда творит над ним чудо исцеления — не требует чего-то взамен. Господь — благ, и по избытку благости, каждому созданию желает счастья, начиная от сытости телесной и права обладать вещами, до тихой и мирной жизни, трепетной духовности, молитвы в духе поисков спасения и молитвы, полной благодарения, то есть самой счастливой молитвы, и существования своих чад в бесконечной любви. Господь руководствуется только любовью. Бог приглашает любить и нас: любить себя самих, ограждаясь от приводящих к горечи поступков; любить тех кто окружает нас, любить их так, как любит всё своё создание Сам — без корысти, без зависти, не лицемерно, но расширяя горизонт любви до вечности, и саму жизнь, и целый мир в неё включая. То есть и нам следует рассматривать другого целостно, знать того, кто перед нами, но не судить его, а участвовать в его жизни с точки зрения сочувствия и сопереживая, радоваться тому, что есть в человеке сейчас: он рядом с нами, мы можем помочь ему увидеть Бога. Если мы праведники, то и самого упорного грешника просто склонить к покаянию, а значит только и остается, что радоваться: ещё одно Божие создание вспомнило Отца. Так нас любит Господь: Он не достает «скелеты» из наших шкафов и не укоряет проступками седой давности, но принимает покаяние и прощает всё. Его цель — дать сердце чистое, убелить нас более снега, а наша задача — захотеть этого. Господь по избытку благости и любви создает человека, и позволяет ему, всем нам, обновиться во Христе Иисусе, приобретая счастье большее, чем прежде, бесконечное в благих делах, и сущее в любви. Смотреть на Бога и повторять за Ним — вот путь, которым нам следует идти; вот те дела, которые нам нужно совершать.
А что же такое любовь? Всё есть Его любовь, как некий совершенный, сходящий свыше дар; как исправление от грехов к деяниям святого; как научение о Законе и наставление его блюсти; как изменение души от тленных временных ориентиров — к вечным; как выбор быть христианином; как радикальная готовность помогать, служить и отдавать всё, что имеем тому, кто пребывает в тяжком положении; как обращение от зла к добру; как восхождение от мира к Царству; как возвращение Домой тропой святого покаяния; как возвращение Домой через врата любвеобильного прощения; как Божие благословение блудного дитя, и как возвышение его от пепла смертного к прекрасной жизни; как очищение от иллюзий; как свобода от ментальных заблуждений; как отсечение скверных привязанностей и освобождение от приземленного огрубевшего мышления и чувствования, к жизни в Боге, где только святость, чистота и возвышение души; где ангельское пение и Рая красота; где более не нужно ничего, но всего достаточно сполна: где «просто быть» — начало и конец, альфа и омега, и остаётся только ликовать.
Увы нам! Наши души и сердца окаменели так, что духовные очи затянуло плотной пеленой эгоистических мыслей и идей, и они ослепли. Вне материальных форм они не могут рассмотреть ничего: ни благого от Духа, ни высшего, то есть жертвенного, ни духовного, то есть созерцательного. Другой раз мы счастливы вкусному обеду, другой раз — приятной беседе. Но выйти за рамки таковых форм не просто. Но там, только там, и открывается истинная глубина наших возможностей как Божиих творений. Иной, едва заметный, но невероятный миг — миг высшего откровения, Божиего ответа на наши молитвы, единения с Ним во внимательной молитве, вне привычных символов и слов — вот начало подлинной созерцательной жизни, ведущей к осознанию всего, от любви Господней, до Райской сладости. Созерцание — это и сама жизнь, и вера, и доверие, и напутствие, и само движение жизни, и толчок к жизни, который дает нам сам Господь. Созерцание — это смотреть и видеть, молиться пламенно, и не стесняясь делиться самым сокровенным с Отцом, и быть перед Ним, и осязать нутром Его внимание, направленное к нам. Созерцание — это единение с Троицей, умозрительное и таинственное, выходящее за рамки всяких представлений, обращенное в глубинные чувствования целомудренной души, но едва ли заметное грубому мышлению. Оно не явное, как дерево или торговый центр, но уловимое только сокровенным переживанием, познаваемое только в тихой молитве, но, тем не менее, светоносное и яркое присутствие. Единение с Богом — это чаянное прозрение, упразднение слепоты, знание подлинности бытия, данного нам, которое и есть мы. Созерцание — это пусть единения с Богом, и этот особый момент можно назвать только так: «просто быть» рядом с Господом, или «просто быть» в Господе.
Жизнь христианина — удивительный мир, переполненный творческим мышлением и духовными осознаниями и себя, и мира, и всех его процессов с точки зрения Божиего промысла, и Его любви. Любовь — это язык, которому нас обучает Бог, и на котором христиане общаются между собой. В любви, если мы любим всем сердцем, наш внешний, материальный, человек отчуждается нами ради жизни в Боге, и мы становимся обновленными, подлинными и настоящими. Принимая любовь, или же Бога, который есть вся полнота любви — мы напитываемся Им, и в нас обретается, всё более явно, сам Христос. В нас проявляется Его решимость и смирение, жертвенность и божественность. Любовью мы движемся от мирского к человечному; от человечного же мы восходим к высшей любви, Небесной, и этой любовью исправляемся и познаём всё. В Боге наш мир не останется прежним, и ветер перемен не будет былым! Всё откроется по-иному, по-новому, как Его святая воля. Наша слепота исцелится Богом и через новый взор мы увидим вновь: и небосвод, и горизонт, и друга и врага. И всё — Господь, и всё — одна лишь высшая и чистая, благая и целительная любовь. Начало же преображения — молитва, созерцание и Закон.
— иерей Никита Подлесный